The Tale Of Ginger & Pickles, illustrated - online book

 

История про Рыжика и Забияку

 

 

Эту историю про Рыжика и Забияку с самыми наилучшими пожеланиями посвящаю пожилому господину Мистеру Джону Тейлору, который «полагает, что он может сойти за мышку-соню!» (Три года он провел в постели и ни разу не пожаловался на судьбу!)

 

Давным-давно стоял в одной деревне магазинчик. Над витриной магазинчика висела вывеска «Рыжик и Забияка». Это был очень небольшой магазин – размером как раз для кукол – Люсинда и кукольная кухарка Джейн всегда покупали у Рыжика и Забияки всякие бакалейные товары.

 

 

 

 

 

 

Прилавок был ровно такой высоты, чтобы кроликам было удобно за ним делать покупки.

 

 

У Рыжика и Забияки в продаже были красные крапчатые носовые платки по пенни и три фартинга (денежные единицы в Великобритании до 1971 года: 1 пенни = 4 фартингам. Прим. перевод.) за штуку, сахар, нюхательный табак и калоши. Вообще-то, в этом магазинчике можно было купить почти все, что угодно – за исключением некоторых вещей, которые вдруг могут понадобиться, когда вы и так опаздываете – например, шнурки для ботинок, заколки для волос или бараньи отбивные.  

 

 

 

 

Рыжик и Забияка были владельцами магазинчика. Рыжик был рыжий кот, а Забияка был терьер.

Кролики всегда немного побаивались Забияку.

А еще, постоянными привилегированными покупателями магазинчика были мыши – правда, мыши побаивались Рыжика.

Обычно, Рыжик просил Забияку обслужить мышей, потому что, как он говорил, у него просто слюнки текли. «Не могу смотреть, - говорил он, - как они уходят из нашего магазина со своими покупочками».

«У меня то же самое с крысами, - отвечал Забияка, - но ведь это же никуда не годится съедать своих покупателей; все тогда побегут в магазин Табиты Туитчит». «Как раз наоборот, никуда они не побегут», мрачно замечал Рыжик.

 

(Табита Туитчит держала второй магазин в деревне. Но она никогда не продавала товар в кредит.)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Дело в том, что Рыжик и Забияка торговали в кредит безо всякого ограничения.

А теперь я объясню, что значит выражение «в кредит» - посетитель магазина покупает кусок мыла и, вместо того, чтобы достать кошелек и заплатить за него, говорит, что заплатит в другой раз.

А Забияка низко кланяется и говорит «С удовольствием, мадам», и делает запись в книге.

 

Покупатели приходили снова и снова и просили разные товары, даже несмотря на то, что они побаивались Рыжика и Забияку. Но в ящике, который называется «касса», денег больше не становилось.

 

Если кто-то за что-то и платил, то это был всего лишь жалкий пенни за мятную конфетку.

А товара продавалось очень много, в десять раз больше, чем у Табиты Туитчит.

 

 

Денег все не было, и Рыжику и Забияке пришлось кушать продукты из их собственного магазина. Забияка грыз печенье, а Рыжик ел сушеную рыбу пикшу. Они кушали при свечке после того, как закрывали магазин.

 

 

 

И вот наступил день 1 января. Денег не было, и Забияка не смог заплатить за собачье свидетельство.

«Как это неприятно, я боюсь полиции», - сказал Забияка.

«Ты сам виноват, что ты терьер; вот мне не надо покупать свидетельство, и Кэпу не надо, и собакам колли не надо».

«Ох, как мне тревожно, я боюсь, что меня вызовут в суд. Я попытался взять свидетельство в кредит на почте, но ничего не вышло», - сказал Забияка. «Всюду полицейские, я встретил одного, когда шел домой».

«Давай снова пошлем счет Сэмюэлю Вискерсу, Рыжик. Он должен нам почти 2 шилинга (1 шиллинг = 12 пенсов. Прим. перевод.) за ветчину”.

(Фамилия этого покупателя по-английски выглядит как Whiskers; это слово означает «усы» у кошек, собак, мышей и других животных. Мистер Уискерс был толстый противный крыс, про которого Беатрикс Поттер тоже написала целую историю. Прим.перевод.)

«Думаю, он вообще не собирается платить», - ответил Рыжик.

 

 

«А еще мне кажется, что Анна-Мария потихоньку подворовывает – где все сливочные крекеры?»

«Ты их давно сам съел»,- ответил Рыжик.

 

Рыжик и Забияка удалились в дальнюю комнату – скромную гостиную. Они принялись подсчитывать долги. И они все складывали и складывали  суммы.

«У Сэмюэля Вискерса счет длинной с его хвост; он с октября накупил целую унцию и три кварты (брит. меры веса 1 унция = 28,35 г; 1 кварта = 28 фунтам = 12,701 кг. Прим. Перевод.) нюхательного табаку».  

«А что это за семь фунтов масла за 1/3 пенни, палочка сургуча и четыре спички?»

                   «Разошли всем снова счета с пометкой «с наилучшими пожеланиями», - буркнул Рыжик.

 

Через некоторое время они услышали шум в магазине, как-будто что-то старались протолкнуть в дверь. Из своей гостиной они прошли в магазин и увидели, что на прилавке лежал конверт, а рядом стоял полицейский и что-то писал в свою записную книжку!

Забияку чуть удар не хватил, он залился лаем и грозно мелкими прыжками стал наскакивать на полицейского.

«Кусай его, Забияка, кусай!» - шипел Рыжик спрятавшись за бочкой сахара, - «он же всего лишь немецкая кукла!»

Полицейский продолжал писать в своей записной книжке; дважды он брал карандаш в рот и один раз обмакнул его в патоку.

Забияка уже охрип от лая, но полицейский не обращал на него внимания. Глазки у него были в виде маленьких бусинок, а шлем был прошит большими стежками.

 

И вот Забияка в последний раз прыгнул – в магазине никого не было. Полицейский исчез. А на прилавке остался лежать конверт.

 

 

 

«Как ты думаешь, может, он пошел за настоящим полицейским? Я боюсь, в конверте повестка в суд», – сказал Забияка.

«Нет, - промурлыкал Рыжик, который уже открыл конверт и достал письмо, - это налоги и штрафы, 3-19-113 фунтов (до 1971 года 1 фунт = 20 шиллингам; 1 шиллинг = 12 пенсам. Прим. перевод.) и 4 пенса».  «Ну, все, - сказал Забияка, - давай закрывать магазин».

 

 

 

 

 

И они закрыли окна ставнями и ушли. Но не очень далеко. По-правде говоря, некоторые жители деревни мечтали, чтобы они ушли куда-нибудь подальше.

 

 

Рыжик живет теперь в кроличьей норе среди диких кроликов. Даже не знаю, чем он занимается, но выглядит он вполне довольным и упитанным.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Забияка стал охотничьим инспектором, или как говорят, егерем.

 

Когда их магазин закрылся, в деревне случился настоящий переполох. Табита Туитчит тут же подняла цены на все товары – на каждый по пол-пенни; и по-прежнему никому ничего не продавала в кредит.

 

 

Конечно, остались еще продавцы, которые торговали с тележек – мясник, рыбак и Тимоти-булочник.

Но ведь не проживешь на одних зерновых лепешках и кексах и сливочных булочках – даже если кексы такие вкусные как у Тимоти!

 

 

 

 

 

 

Прошло время, и мистер Джон Дормаус и его дочь стали продавать мятные леденцы и свечи.

 

Но у них не было самых расхожих свечек -  шестого размера; свечу в семь дюймов приходилось тащить пятерым мышкам.

 

 

 

К тому же свечи, которые продаются у них, очень странно ведут себя в теплую погоду. Но мисс Дормаус отказывалась брать назад огарки, когда недовольные покупатели приносили их назад.

 

 

 

 

 

 

Если покупатели жаловались, мистер Дормаус ложился в постель и приговаривал «как уютно!»; конечно, так нельзя вести торговлю, тем более в розницу.

 

 

 

И поэтому все очень обрадовались, когда Курочка Ряба Пенни Сэлли разослала отпечатанное объявление о том, что она собирается снова открыть магазин Забияки и Рыжика – «В день открытия у Сэлли скидки! Всех ждем на распродажу всякой всячины! У Пенни все купите за пенни! Мы ждем – приходите, выбирайте, покупайте!». Ну, просто мурашки по коже от восторга  - вот какое объявление!

 

 

В день открытия в магазине было не протолкнуться. Он битком был набит покупателями, а на корзинах с печеньем толпились мыши.

 

Курочка Ряба Пенни Сэлли частенько сбивается со счета, когда надо покупателю отсчитать сдачу, но она просит расплачиваться только наличными; ничего плохого в этом нет. А сколько у нее всевозможных товаров! Всякий найдет себе что-нибудь по вкусу.

 

Перевод Ирины Кронштадт